Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

общая тетрадь

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: проект пустыня (список заголовков)
20:26 

Кусок мифологической Пустыни.
Пример нерационального использования ресурса и насилия со стороны яссира.
Повествование мало того, что от первого лица, так еще и несколько нестандартное.


@темы: тексты, Проект Пустыня

21:40 

песчаное море огромными волнами льнет к городу-острову:
рыжие дюны (текучее золото) с вершинами острыми,

со своей картографией (полупериод два месяца,
новый рисунок песчинок никак не придет в равновесие)

за сотнею лет которую сотню шлифуют породу
до блеска, до ямы, до дыр - камень давно обглодан.

и буря почти прорвалась (звериная суть ее) в город,
но маленький остров щерится синим, идет в оборону.

(если бы духи могли, они бы столпились вокруг драгоценности:
как долго сей город против пустыни сохранит суверенность?)

песок налипает металлической крошкой на стены:
обороноспособность циклична, дозоры обыкновенны.

пустыня дождется точки разрыва, хлестнет в пределы
городских ограждений песчаное море. мы не успели,

мы умерли. наши боги забрали себе аквамарин в оправе
из жидкого золота. ах, если бы духи могли поздравить.

@темы: Проект Пустыня, стихи, тексты

13:42 

Бесплодная, богиня великой реки

22:07 

Мы убили наших богов

Это... ммм... новеллизация документации. Отрывок.
Мне просто надо, чтобы он вылежался в условно доступном месте, а не в столе.

@темы: Проект Пустыня, тексты

17:40 

Должно быть, про Темную Госпожу

Как еще рассказать о вечной любовнице, темном кардинале, силе, управляющей всей пустыней? О любви?


@темы: тексты, Проект Пустыня

23:55 

Это начиналось как лекция о репродуктивных традициях Пустыни, а во что превратилось пока не знаю.

@темы: тексты, Проект Пустыня

21:12 

Рашадов не любили

Рашадов не любили. Кто будет любить существо, которое спит весь день, и только к вечеру приползает, чтобы сказать очередную глупость.

Рашадов боялись. Как не бояться человека, который двумя словами может перечеркнуть твое будущее. Для участников генетической программы все просто: или роди ребенка, или умри на благо города. А еще можешь вылететь из репродуктивной программы, и стать безымянным бесплодным, которому не положено радости и долгой жизни.

Рашадов боготворили. Наверное, это авторы генетической программы перестарались с обожанием. Кроме этих калек никто не сможет привести программу к успеху.

читать дальше

@темы: тексты, Проект Пустыня

23:43 

Ты меня совсем не помнишь, мальчик?

Занавеси шелохнулись, и аасим обернулся на звук. Он ждал увидеть женщину, живую и полнотелую, готовую родить, но вместо этого его взгляд натолкнулся на старуху. С наивностью и бесстыдством он рассматривал ее, ее высушенное тело и пустые руки, а потом сказал:

— У тебя не может быть детей. И у тебя нет еды. Зачем ты пришла?

— Ты меня совсем не помнишь, мальчик?

читать дальше

@темы: тексты, Проект Пустыня

23:14 

во мне слишком мало веры

во мне слишком мало веры
мне не выжить этой ночью
мне пустыня тянет жилы
я пустыне ленный рыцарь

Пустыню накрывает крыльями шлейф богов. Их много, а веры в нас невыразимо мало.

Рассвет уже начался, и узкие клинки солнечного света проникают под полог облаков. Пока еще на коже остается ночной холод, пока покрывала из шелка и шерсти, многослойная абайя, прохладны, — мы живы.

читать дальше

@темы: тексты, Проект Пустыня

16:37 

Первая.

Стены города сложены из оранжевого камня.

Еще пока нет стен, нет города, нет мира постядерной пустыни.

Есть только комната с серыми стенами и серым потолком, твоя кровать, туалет за ширмой в углу. У тебя есть рубашка, которую в конце недели надо отправлять в утилизатор, и получать новую.

У тебя есть двадцать четыре часа в сутках. Десять из них заняты сном, от двух до четырех — тесты и разговоры в лабораториях разработчиков. Остается десять.

И это все, что есть у тебя.

Руководителя направления зовут Дуглас

@темы: тексты, Проект Пустыня

00:32 

Все, сказанное после секса, в полумраке, в неге объятий - ложь, большая чем все остальное.

Али смотрел в потолок. Его раса - клан, каста, как назвать вернее - не считала секс чем-то особенным. Люди Пустыни не считали секс чем-то достойным.
Они чтили любовь и восхищение красотой. Они могли часами смаковать прикосновение пальцев к пальцам. Долго, в промежуток всей пыльной бури, всего лишь чувствовать - но чувствовать полностью - ладонь, прижатую к животу. И шероховатость мужских рук можно ощутить через ткань абайя. Вдуматься.
Рашады, рассматривая неподвижно сидящих рядышком, как птицы на проводах - еще одно чужое вневременное воспоминание - людей, своих сородичей, иногда видели цветную ауру вокруг них.
А потом рашады уходили в свой угол и корчились в спазмах кровавой рвоты, проклинай собственное тело. Тело, но не древних, его создавших.
Али смотрел на потолок.
Возможно, в том, что люди Пустыни не любят секс, виноваты рашады.

@темы: Проект Пустыня, тексты

02:22 

Это из лекций для второго-третьего поколения восстановленного мира

 

— Знаете, отчего практически нет сказок об аасимах?

Профессор оперся о краешек стола перед аудиторией, подкинул трость, подхватил, прокрутил пару раз в воздухе. Звонкий удар наконечника о пол — и студенты замолчали.

— Так вы знаете, отчего? Почему о смелых защитниках городов, об этих мальчишках, погибающих каждую бурю, сказано так мало? А ведь они поднимались на стену, приходили за своими отцами, брались за руки, и вставали против полумифического Господина Пустыни.

Аудитория зашумела исподволь, словно тронутые ветром дюны. Кто-то не верил в Господина Пустыни, кто-то не верил в его мифичность. Но каждый, каждый из этого поколения мог найти в своей генетической памяти воспоминание аасима, в чьи ярко-голубые глаза смотрит сама смерть Великой Пустыни, ее Господин с цепной бурей.

И ни капельки страха в этих глазах, только восторженная решимость.

И ни капельки заботы о сыне или женщине. Только «Стоять на стене, жизнью и кровью своей защищать Город».

Еще раз звонко ударяет трость по полу. Профессор медленно поднимается по ступеням аудитории вверх, явственно прихрамывая на правую ногу.

— Да. Вы верно поняли. Аасимы слишком прямолинейны, чтобы о них сочиняли легенды. Аасимы — это первая цель Проекта Пустыня, первый генетический конструкт, несмотря на все правки, так и оставшийся конструктом. И навыки аасима, вся эта устойчивость, умение формировать единое сознание из многих, защитные поля, в нашем теперешнем мире неприменимы. Аасимы должны были умереть.


@темы: чёрновик, тексты, Проект Пустыня

22:47 

Мари - это дочка Рихарда, одного из разработчиков. Мари является матерью почти всего первого поколения Пустыни.


Слова твои есть любовь, злая богиня великой пустыни. Прикосновения твои есть любовь, Темная Госпожа моя. Косы твои полны ночного воздуха и вплетен в них жемчуг далеких звезд.
Я взбираюсь на городскую стену в час собачьей вахты — кто помнит, отчего ее называют собачьей? кто помнит хоть немного из жизни до третьей мировой войны и ядерного шторма, разрушившего мир? — и смотрю в черное, раскрашенное столбами разноцветного света, небо.
Судорожно вздыхаю, успокаивая потерявшее ритм сердце, стираю с глаз слезы и облизываю пальцы. Так мало чистой воды в этом зараженном мире.
Ложусь на спину, прижав кулак к грудине, крепко держа жалкое свое сердце, и нашептываю письма в прошлое, которые никто не услышит.
Письма маленькой девочке Мари, которая также сидела на стенах Города много тысяч лет назад.

@темы: тексты, Проект Пустыня

22:29 

Шер уходит из дома Али следующим утром. Легко поднимается с низкого топчана, натягивает четки на запястье — яссир чувствует, что еще в одной бусине появилась слабина. Такие ночи можно считать почти полноценной бурей.
Шерил быстро осматривает жилище рашада — захламленное, бесхозное настолько, что его можно назвать логовом. Порядок, пожалуй, только в книгах и бумагах. Только в тех областях, которые не нужны рашадам, хранящим знание о настоящем, и яссирам, лелеющим тысячелетнюю историю Пустыни.
Одна книга оказалась сдвинута со своего места и небрежно брошена рядом. Шер берет в руки толстый том с железными уголками на обложке, листает, поморщившись. Осторожно возвращает все на свои места — многолетняя привычка, в Пустыне не должно оставаться следов твоего присутствия, во всем мире не должно оставаться следов твоего присутствия — и уходит. Его ждут дела, самое важное из которых — воспитание самого сильного яссира Оранжевого города, мальчишки на четыре года младше Али.

Рашад вытягивается на топчане и вжимается в стену. Парень кусает запястье. Ему снятся кошмары. Ему всегда снятся кошмары. В зыбкой дреме видений он понял, что Шер ушел, что на оставшиеся несколько часов сна — никакой поддержки, никакого спокойного прикосновения к затылку, ничего, что помогло бы сбежать от Безымянного бога, следующего за каждым рашадом по пятам, до рождения и после смерти.
К полудню жизнь в городе затихает, сворачивается ленивыми змеями в двориках и за стенами домов. Али ждет этого времени с нетерпением. Люди исчезли, скрылись, и теперь можно выйти на солнце, прижаться затылком к белым стенам домов, коснуться ярких стеклянных плиток на них, обозначающих генетические последовательности.
Щуриться, разглядывая сквозь ресницы слепяще-яркое солце.
Радоваться.
Али даже задремал, и ему привиделся встрепанный старик-ученый, который держал на руках младенца с отсохшей левой ручкой и затянутыми бельмами глазами. И столько любви было в глазах старика, столько обожания и чистой веры в будущее, что хотелось верить: это ребенок будет жить в новом, лучшем мире.
Али вздрогнул от прикосновения к плечу: перед ним стояла женщина в простом платье-абайя и смотрела прямо в глаза.
И небо, казалось, светилось в ее взгляде.
Али зажмурился и помотал головой.

@темы: тексты, Проект Пустыня

21:59 

аасимы - защита
яссиры - обмен и хранение информации
рашады - отслеживание генпрограммы
женщины - родить двоих здоровых особей
----------------------счастливые люди, которые выполняют только свой долг. женщины, правда, еще работают на несложных работах.
бесплодные мужчины
бесплодные женщины
----------------------делают все остальное по хозяйству в городе.

@темы: Проект Пустыня

11:07 

За десять дней до летнего солнцестояния, когда жара все нарастает, загоняя людей в прохладные подземелья, ночью в небесах начинается шторм прозрачных цветных сияний. Огни до неба, в которых танцует Темная Госпожа. Зеленые, синие, бирюзовые ее шелка. Почти для всех жителей Города Темная Госпожа — всего лишь взбалмошная богиня летних ночей, покровительница юности, которая с легкостью пустится в пляс с яссиром, вышедшем на дорогу. Вот только закружит она с такой же легкостью, и не пощадит, не пожалеет, не поцелует в лоб перед тем, как тело скроется под песками мужа ее, Господина Пустыни.
Девушки молятся Темной Госпоже до рождения ребенка.
Мужчины жаждут встречи с ней вечно.
И только самые умелые из яссиров откапывают в своей генетической памяти воспоминание о маленькой девочке Мари, которая всю жизнь прожила на станции Проекта Пустыни, и умерла ради Проекта Пустыня в искалеченном ядерной войной мире.
Умерла, чтобы исполнилась мечта.
Чтобы Проект стал явью.

За десять дней до летнего солнцестояния рашад Али приглашает к себе второго по силе яссира, чтобы погрузиться в транс и вспомнить, воскресить в себе тысячелетний давности разговор.
Пустыня живет традициями, уже тысячу лет Пустыня за десять дней до летнего солнцестояния вновь вспоминает, ради чего начиналась генетическая программа. Многие верят, что она вот-вот закончится, что его сын будет Мессией, что при их жизни сказки, что кормилицы рассказывают девочкам и бесплодным мальчикам, скоро станут былью.
Али до зубовного скрежета хочет, чтобы все оставалось по-прежнему: бури, аасимы на стенах, боги Великой Пустыни, приходящие во сны.
Но Али — рашад, а это значит, что он ведет генетическую программу к финалу, назначает отцов и матерей, следит за здоровьем детей. Не может отступить от заложенного в его гнилые гены стремления завершить Проект.
Сегодня ночью Али узнает, сколько поколений осталось до появления Мессии.

Яссира зовут Шерил, они знакомы уже давно, и сегодня Али чувствует приближение Шера, вкус его разума издалека. Кисловатый, настоянный, очень терпкий.
Али слышал от отца, что другие рашады мысли людей видят цветным комком. Но его, Али, дальтонизм и проблемы со зрением ведут к совсем другому типу восприятия.
Иногда Али хочется узнать, какова на вкус кожа Шера.
Яссир одет в свободные брюки, рубашку и высокие ботинки. На голове намотан тюрбан. Это поколение уже почти опустошило довоенные склады, ха. Но яссиры, соколы, единственные, кто может совершать долгие путешествия по Пустыне, всегда были чем-то лучшим, чем простолюдины.
Али усмехнулся.
Он тоже был чем-то лучшим.
Шер перебирал в руках четки. Четыре из одиннадцати бусин уже были раскрошены и потеряны. Шерил сумел пережить четыре бури. Четыре путешествия. Он видел два живых и три мертвых Города, считая родной Оранжевый.

@темы: Проект Пустыня, тексты

16:55 

Али вдыхает сухой, пахнущий пылью воздух. Раньше бы он вскинул голову, и — ярость, ярость, — и попытался ответить на этот взгляд. Теперь всего лишь прижимает пальцы к вискам, да подарит Темная Госпожа немного холода, и почти равнодушно повторяет:
- Чего тебе?
Рашад облизывает губы, глотает кровь, молится Безымянному Богу. Откат после бури становится сильнее: кажется, четверо повелителей Пустыни стоят рядом с ничтожным слугой своим, и говорят, говорят, говорят.
- Пожалуйста, выпусти меня за стены!
Темная Госпожа, тонкая, хрупкая, просит у него разрешения выйти из Города? Али расцарапывает ногтями виски, реальность на минуту вплывает в положенное русло.
Женщина в светлом платье-абайя просит выпустить ее за город. Такие одежды — Али вглядывается в узоры на ткани — носят только способные родить, не имеющие ребенка женщины.
- Нельзя!
Пустыня слишком опасна, чтобы отдать ей такое сокровище.
- Пожалуйста, пожалуйста, выпусти меня за стены...
Женщина стоит, словно соляной столб, и шепчет мантру «Пожалуйста».
Али поднимает голову и смотрит в ее глаза. Женщина утихает, или просто бормотание отходит на второй план.
Грязно-синий — парень вылавливает образ в ее воспоминаниях. Серый. Темно-серый.
Узнать генетическую линию, ее ценность для города, количество возможных партнеров для продолжения рода... Партнеров в городе сейчас нет, и не скоро появятся. Самый реальный путь для нее — это уйти с одним из яссиров в другой Город, но это случится нескоро. Яссиры Оранжевого Города пока очень слабы.
Али приносит из дома бумагу с нарисованным растением.
- Принеси мне это. Через три дня.
И садится на мостовую, вымощенную оранжевыми гладкими плитами, прижимается затылком к городской Стене. Бесплодная, богиня великой реки Пустыни, обнимает его и пробуждает в костях радиационный жар.
Через несколько часов, когда Город пришел в себя после бури и окончательно проснулся, и зашумел человеческим ульем, Али переползает в свой дом и забирается под матрас.
Все что угодно, чтобы не слышать.
Не слышать людишек, их мысли, жалких тварей, побочной ветвью выведения которых и есть рашады.

@темы: Проект Пустыня, тексты

16:54 

Али — пофигист, живущий так, как жили поколения его предков. Он не желает ничего менять, его, как и большинство рашадов, устраивает наркотический бред, в который они впадают после песчаной бури или поедания травы раж. Их вполне устраивает близость фантомов Господина Пустыни, Темной Госпожи, Безымянного бога и Бесплодной. Али действительно этого хочет, но он знает из совместного транса рашада и яссира, что их поколение — последнее. Что, возможно, уже в его городе появится Мессия. И Али сделает все для этого Мессии.

@темы: Проект Пустыня, тексты

00:44 

Стены Города сложены из оранжевого камня, из крупных пористых блоков. Рашадам иногда снится их Город с высоты птичьего полета: много белых кубиков в оранжевом кольце; и песок, и барханы, и Господин Пустыни лениво, нехотя спускает с поводка свою ручную песчаную бурю.
В такие ночи старший из рашадов Города просыпается в холодном поту, и, не разлепляя сухих губ, кричит — мысленно, как могут только рашады — призывая аасимов выйти на стены.
Аасимы чувствуют горечь на губах, горечь в своих сердцах, и поднимаются на стены Города, чтобы сделать то, ради чего были рождены. Рашад, скатываясь с матраса, скорчившись клубком у стены, лопатками чувствует растекающуюся по камням силу Защитников.
Рашады всегда жили у стен Города — так далеко, как только возможно, ни на дюйм ближе, не выходя за стены.
Оранжевый, терракота, умбра — утром после бури Али, старший из рашадов Оранжевого города, стоит около стены и разглядывает камни. Он в очередной раз пытается понять, почему яссиры считают оттенки столь важными.
Он уже давно не пытается увидеть оттенков. Семь из десяти рашадов дальтоники. Тактильность не приходит на помощь, кончики пальцев после бури часто теряют чувствительность.
Али касается губами камня, и ощущает на губах влагу. Хоть это ощущение у него осталось правильным; отдаленно похожим на то, что чувствуют яссиры, легконогие соколы Пустыни.
Парень — Али едва прожил два десятка весен — вскидывает голову, почуяв человека в двух танабах позади. Женщина, испуганная, идет из города к стене, к жилищам рашадов, к самому Али, медленно шагает вдоль домов, прячется в их тени.
Али медленно разворачивается и вытирает тыльной стороной ладони разодранную губу. Кровь никак не останавливается. У рашадов вообще кровь плохо свертывается.
Али натягивает капюшон ниже, чтобы скрыть белую, обожженную кожу и красные глаза.
Али осторожно садится на землю — прямо в оранжевую пыль, и она окрашивает его темный бурнус в красный — потому что уже не осталось сил стоять.
Хочется провалиться под землю, в туннели аасимов, но не терпеть это внимательно-брезгливый, полный отвращения взгляд.
- Что ты хотела, женщина?...

@темы: Проект Пустыня, тексты

00:30 

Рашад. Генетический мусор. Отходы того производства, которое выдало десять, двадцать поколений ваших драгоценных защитников и легконогих птиц Пустыни. Шлак, урод. Мы вынуждены жить под самой стеной Города, чтобы вы не убили нас - нечаянно, ненамеренно, одним фактом своего существования! Но еще сотня лет - и мы сами убьем себя, собрав в ДНК все то, что никак не добьет вас. Мне тридцать весен, и все тридцать я медленно умираю, не способный использовать то, что умею, что мне дал ирбисов Проект Пустыня. А ты, ребенок, и не знаешь ничего о величайшем преступлении наших предков.

@темы: Проект Пустыня

главная